Политика

От Майнилы до Керчи

30 ноября 2018

26 ноября 1939 года недалеко от деревни Майнила на Карельском перешейке войсками НКВД был организован т.н. Майнильский инцидент, использованный Сталиным в качестве предлога для нападения СССР на Финляндию в ходе советско-финской («Зимней») войны.

Практически день в день, но 79 лет спустя, 25 ноября 2018 г., в нейтральных водах акватории Черного моря южнее Керченского пролива войсками ФСБ был проведен т.н. Керченский инцидент, который в ближайшее время (например, после завершения встречи G20 в Буэнос-Айресе 29 ноября – 1 декабря) может стать началом нового этапа путинской войны против Украины. Об исторических параллелях рассуждает в своем ЖЖ российский политик Андрей Илларионов.

Наиболее бросающимися в глаза особенностями Керченского инцидента 25 ноября 2018 г. – даже по сравнению с Цхинвальским инцидентом 8 августа 2008 г. (убийство российским спецназом российского офицера миротворческих сил в Верхнем городке Сергея Шевелева), с Симферопольским инцидентом 27 февраля 2014 г. (захват российским спецназом зданий Верховной Рады и республиканского правительства АР Крым), Донбасским инцидентом 6 апреля 2014 г. (начало действий банды спецназа Гиркина под маской «донецких шахеров» и «луганских трактористов») – являются следующие:

— отсутствие каких-либо серьезных попыток российских властей предложить российской и мировой общественности сколько-нибудь убедительную легальную версию маскировки своих криминальных действий;
— отказ от традиционной ранее «гибридости», переход регулярных вооруженных сил России к неприкрытым силовым действиям; не только отсутствие маскировки, но и особенно циничная демонстрация кремлевским режимом неограниченного ничем права силы на всех театрах военных действий – от акватории Черного моря до зала заседания Совета Безопасности ООН, в том числе и путем оперативного распространения властями аудио- и видеоматериалов, сочно иллюстрирующих и детально подтверждающих криминальный характер действий российских вооруженных сил и кремлевской власти.

Возникает естественный вопрос: почему

1. Отсутствие каких-либо правовых оснований для силовых действий российских вооруженных сил против украинских военных кораблей; грубейшие нарушения международного и российского права.

1.1. Керченский пролив как внутренние воды России и Украины
Как уже отмечалось многими комментаторами, движение военных кораблей Украины (как и России) в Керченском проливе исчерпывающим образом регулируется Договором между Российской Федерацией и Украиной о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива, подписанным президентами Украины и России Л.Кучмой и В.Путиным 24 декабря 2003 года:

Статья 2
1. Торговые суда и военные корабли, а также другие государственные суда под флагом Российской Федерации или Украины, эксплуатируемые в некоммерческих целях, пользуются в Азовском море и Керченском проливе свободой судоходства.

С точки зрения этого Договора, по-прежнему продолжающего действовать, государственная граница между Российской Федерацией и Украиной в Азовском море может быть делимитирована только и исключительно совместным решением обоих государств. В Керченском проливе установление границы между этими государствами не предусмотрено:

Статья 1
Азовское море и Керченский пролив исторически являются внутренними водами Российской Федерации и Украины.
Азовское море разграничивается линией государственной границы в соответствии с соглашением между Сторонами. Урегулирование вопросов, относящихся к акватории Керченского пролива, осуществляется по соглашению между Сторонами.

Поскольку соглашение между сторонами относительно акватории Керченского пролива до настоящего времени не было достигнуто, то до достижения такого соглашения действует правовой режим, существовавший на момент заключения указанного Договора. А именно (ст. 2):

Торговые суда и военные корабли, а также другие государственные суда под флагом Российской Федерации или Украины, эксплуатируемые в некоммерческих целях, пользуются в Азовском море и Керченском проливе свободой судоходства.

Ограничение свободы судоходства в проливе, берега которого принадлежат разным государствам, или в проливе, ведущего к полузамкнутому морю, часть побережья которого принадлежит иному государству, чем государство, контролирующее оба берега такого пролива, является нарушением международного права и, при отягчающих обстоятельствах, является одним из критериев, идентифицирующих наступление факта агрессии – тягчайшего международного преступления. Установление препятствий транзитному проходу через пролив запрещено (ст. 42, 43, 44, 45 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., вступившей в действие 16 ноября 1994 г. и ратифицированной Российской Федерацией 12 марта 1997 г.).

1.2. Территориальное море
Объявление российскими официальными лицами об установлении в одностороннем порядке государственной границы и/или границ территориального моря около побережья оккупированного полуострова Крым в акваториях Керченского пролива, Черного и Азовского морей (о чем в последние дни заявляли, в частности, В.Путин, С.Лавров, Д.Песков, МИД России, ФСБ России) является грубейшим нарушением международного права.

Вопиющим нарушением является и одностороннее провозглашение С.Лавровым Керченского пролива принадлежащим России: Напомню также, что Керченский пролив не является проливом, подлежащим регулированию международным правом, – он российский.

В действительности, согласно российско-украинскому Договору 2003 г., Керченский пролив является внутренними водами России и Украины.

Показательно, что это заявление С.Лавров сделал еще 23 ноября, то есть за сутки до выхода группы украинских военных кораблей из Одессы и за двое суток до самого Керченского инцидента.

1.3. Право мирного прохода
Но даже в случае объявления властями оккупирующего государства незаконных границ территориального моря, установленных, например, вдоль побережья аннексированного полуострова Крым, международное право обязывает такое прибрежное государство обеспечивать беспрепятственный мирный проход в том числе военным кораблям иностранных государств (ст. 17, 18, 19 Конвенции ООН по морскому праву).

Статья 17. Право мирного прохода
При условии соблюдения настоящей Конвенции суда всех государств, как прибрежных, так и не имеющих выхода к морю, пользуются правом мирного прохода через территориальное море.

Аналогичное требование содержится в документах не только международного, но и национального российского права (ст. 10, 11, 12, 13 Федерального Закона «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» от 31 июля 1998 г.):

Статья 12. Право мирного прохода через территориальное море иностранных судов, иностранных военных кораблей и других государственных судов 
1. Иностранные суда, иностранные военные корабли и другие государственные суда пользуются правом мирного прохода через территориальное море в соответствии с настоящим Федеральным законом, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации.

Таким образом (в случае, если даже принять на время позицию нынешних российских властей, незаконно оккупирующих полуостров Крым, о территориальном море Российской Федерации), препятствование кораблями ФСБ мирному проходу украинских военных кораблей через территориальное море Российской Федерации  является нарушением как международного (Конвенция ООН по морскому праву), так и национального российского права (№155-ФЗ).

1.4. Внешняя граница территориального моря
К территориальному морю Российской Федерации относят прибрежную морскую полосу шириной 12 морских миль, или 22,224 км.
ФСБ России в своем официальном коммюнике обнародовала географическое место открытия своим кораблем огня на поражение:

В 20.55 пскр «Изумруд» в координатах Ш=44° 51’3 СШ, Д=36° 23’4 ВД в территориальном море применил оружие на поражение по БАК «Бердянск».
В 20.58 БАК «Бердянск» лег в дрейф, на связь вышел командир катера, сообщил о раненых на борту, запросил помощи.

Как видно по результатам геолокации, применение оружия пограничным сторожевым кораблем ФСБ России «Изумруд» было произведено тогда, когда украинский катер «Бердянск» находился в 23,1 км от ближайшей точки на берегу, т.е. за пределами 12-мильной полосы незаконно объявленного российскими властями «территориального моря». Захват обоих украинских катеров и буксира также были произведены за пределами такой «государственной границы», т.е. в нейтральных водах даже в случае допущения признания оккупированного Крыма российским и установленных оккупантом границ нелегального «территориального моря».

Таким образом, обстрел украинских катеров, нанесение ранений членам их экипажей, захват кораблей иностранного государства был совершен за пределами даже того, что российскими властями было незаконно объявлено государственной границей Российской Федерации, в акватории открытого моря. Иными словами, указанные действия ФСБ явились не только вопиющим нарушением как международного, так и российского права, но и фактически подпадающими под действие ст. 221 Уголовного Кодекса Российской Федерации:

Статья 227. Пиратство
1. Нападение на морское или речное судно в целях завладения чужим имуществом, совершенное с применением насилия либо с угрозой его применения, —
наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.
2. То же деяние, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, —
наказывается лишением свободы на срок от восьми до двенадцати лет со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового.
3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, если они совершены организованной группой либо повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, —
наказываются лишением свободы на срок от десяти до пятнадцати лет со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового.

2. Отказ от традиционной ранее «гибридости», переход регулярных вооруженных сил России к более не скрываемым силовым действиям

Из переговоров российского командования с экипажами пограничных кораблей ФСБ:
1) – Михалыч, команда от руководства пограничной службы ******* (бить) их так, тараном короче, чтобы ***** (нафиг) повредить все.
2) – Это оперативная группа, капитан Басов. Москва уточняет, кто совершил навал? (таран в терминологии военных моряков. – Прим. РС)
3) – Надо, ***, ******* (бить) их ***** (нафиг), надо их ********* (забить) ***** (блин). Медведев (вероятно, речь идет о Геннадии Медведеве, заместителе главы погранслужбы ФСБ. – Прим. РС) уже в такой панике орет, такое ощущение, что там уже президент контролирует всю эту ***** (фигню), *** (блин).
4) – Выходил на меня Шеин (вероятнее всего, капитан 1-го ранга Андрей Борисович Шеин, бывший глава погранслужбы ФСБ по Крыму и Севастополю, нынешняя должность неизвестна. – Прим. РС). Я только, честно говоря, хотел бы, конечно, уточнить: блокировать их? Он говорил, ну, по крайней мере, буксир блокировать. Но я так что-то сейчас сижу, осознаю и думаю: блокировать на север нельзя, или на юг выход, на выход из тервод (территориальных вод. –​ Прим. РС) нельзя?
– На выход.
– На выход? Ух ты.
5) – Михалыч, классно всё получилось. Видео у тебя *********** (офигительное), молодец, и эмоции у тебя такие неподдельные. Уже по телевизору тебя показывают.
– Да ну, ты брось.
– Я тебе серьезно говорю. 
Из этих переговоров следует, что:
— руководство операцией нападения на украинские корабли осуществляла непосредственно «Москва» (чуть ли не «президент»);
— «Москвой» была поставлена задача не только не пропустить украинские корабли в Керченский пролив и Азовское море, но и не допустить их ухода на свою базу;
— аудио- и видеосвидетельства нападения российскими кораблями на украинские катера и буксир были немедленно распространены по российскому телевидению.

3. Радикальное изменение позиции российских властей относительно режима судоходства в Керченском проливе
Всего лишь два месяца тому назад российские власти в целом соблюдали режим судоходства в Керченском проливе, предусмотренный двусторонним российско-украинским договором. 22 сентября пролив в штатном режиме прошли украинские военные корабли «Донбасс» и «Корец».

Итак, 22 сентября позиция Кремля была одной, а 25 ноября она оказалась уже другой. Строго говоря, другой она стала еще раньше: 23 ноября Лавров заявил о том, что Керченский пролив теперь является российским. А еще 15 ноября Ф.Клинцевич, член комитета по обороне и безопасности Совета Федерации, заявил, что Россия «буквально в минуты» способна перекрыть Азовское море для любого судна под флагом Украины. Он добавил, что Украина сама разрывает соглашение об Азовском море, от чего пострадает только она.

Что изменило позицию Кремля в период между 22 сентября и 15 ноября? И когда именно это изменение произошло?
Регулярно упоминаемое задержание украинскими пограничниками рыболовецкого судна «Норд» в марте 2018 г., через полгода после которого состоялся штатный проход украинских военных кораблей через Керченский пролив, естественно, не изменил эту позицию.

Представляется, что ключевых событий, способных повлиять на решение В.Путина, было, как минимум, два.
Первое произошло 11 октября в Стамбуле, когда Синод Константинопольского патриархата принял принципиальное решение продолжить процесс предоставления автокефалии Украинской церкви. Второе произошло 6 ноября в США, когда в результате промежуточных выборов в Конгресс была устранена непосредственная угроза импичмента президенту Трампу в предстоящие два года.

Реакцию Трампа на Керченский инцидент трудно назвать иначе, чем дачей зеленого света возможной новой кремлевской агрессии. Трамп заявил, что ему не нравится происходящее, и выразил надежду, что ситуация будет урегулирована: «В Европе тоже не в восторге, они тоже над этим работают. Мы все вместе работаем над этим».

Теперь налицо как необходимое, так и достаточное условия для возможного проведения Кремлем новой военной операции.

Какие военные планы вынашивают в Кремле

4. Подготовка к новой крупной военной операции?
15 ноября Путин заявил о бессмысленности Нормандского формата.
18 ноября он слетал за благословением в Псково-Печерский монастырь к плакальщику по империи Т.Шевкунову.
19-21 ноября провел серию встреч и совещаний с руководством армии и ВПК.
22 ноября появилось сообщение о проведенных «Каспийской флотилией антитеррористических учениях», во время которых отрабатывались ответы на «угрозы… со стороны украинских диверсантов в Крыму».

Об украинских диверсантах, якобы планирующих взорвать Крымский мост, в последние дни регулярно говорит С.Лавров.
23 ноября: …мы были вынуждены усилить там присутствие наших пограничников, военных после того, как официальные лица Украины неоднократно обещали начать некие приготовления, чтобы взорвать Крымский мост через Керченский пролив….
26 ноябряКогда официальные лица Украины напрямую, открыто, гласно и публично призывали взорвать Крымский мост

Не исключено, что «диверсионно-террористическая тема» будет развиваться и дальше. Заместитель постоянного представителя России в Совбезе ООН Д.Полянский 27 ноября:
на одном из судов было два сотрудника службы безопасности Украины, которые признались в том, что имели специальное задание действовать именно таким образом. Мы об этом тоже расскажем.

О возможности проведения российской десантной операции по захвату Бердянска говорилось в этом блоге еще в марте 2015 г. О реальной диверсионной операции, проведенной 5 июля 2014 г. на части территории ныне оккупированной Донецкой области, напомнила недавняя статья. С весны этого года растет число признаков подготовки крупной военной операции в Азовском море и на территории приазовской Украины.

По данным Андрея Клименко, эксперта негосударственной организации «Майдан иностранных дел», корабельно-катерная группировка РФ на Азове составляет от 40 до 60 единиц. Она включает пограничные сторожевые корабли с артиллерийским вооружением и сторожевые катера с крупнокалиберными пулеметами. В апреле 2018-го с Каспийской военной флотилии по речным путям были переброшены два бронекатера типа «Шмель» и один типа «Гриф», плюс несколько десантных катеров типа «Серна». Сформирована специальная морская бригада Росгвардии, оснащенная противодиверсионными катерами типа «Грачонок». Глубины моря позволяют находиться здесь большим десантным кораблям 97-й бригады ЧФ РФ (7 единиц), трем десяткам малых ракетных кораблей и катеров, противолодочным кораблям и тральщикам ЧФ.

В последние месяцы Россия отовсюду в пожарном порядке стягивает сюда многочисленные пограничные сторожевые корабли (ПСКР) и катера. Так бывает обычно, когда вооруженное противостояние не просто не исключено — оно очень вероятно. Вот лишь последние новости на этом направлении.

Из Севастополя поближе к Крымскому мосту, в Керчь, временно прикомандирован ПСКР проекта 22460 «Аметист» (вооружение — одна шестиствольная 30-мм артустановка АК-630М, два 12,7-мм пулемета).
Позднее из Черного моря в Азовское переведены ПСКРы Береговой охраны ФСБ РФ «Керчь», «Безупречный», «Балаклава», а также новое аварийно-спасательное судно «Капитан Гурьев».
Зачем российские власти упорно вкладываются в экономику США, обваливая рубль
В Новороссийске заканчивает испытания только что построенный в Зеленодольске и спущенный на воду в минувшем июне ПСКР 1-го ранга ледового класса «Петропавловск-Камчатский» (проект 22100, шифр «Океан»). Изначально он был предназначен для службы на Тихом океане. Но, судя по всему, «Петропавловск-Камчатский» тоже ждет Азовское море. Вооружение этого корабля — одна 76-мм артустановка АК-176М, два 14,5-мм крупнокалиберных пулемета на морских тумбовых установках. Предусмотрена площадка для одного вертолёта типа Ка-27ПС, а также ангар для его хранения. Возможно использование с борта беспилотника Gorizont G-Air S-100.
В октябре 2018 года с Кольского полуострова по внутренним рекам в Азовское море пришли ПСКРы проекта 10410 «Сыктывкар» и «Кизляр» (вооружение каждого — одна 76-мм артустановка АК-176М, одна 30-мм артустановка АК-630М и две пусковые установки ПЗРК «Игла»). Как ожидается, базироваться они тоже будут в Керчи.
В начале ноября из Ярославля в Азов по рекам доставлены два только что построенных пограничных катера проекта 1496М1 «Ламантин».
С учетом давно базирующегося на Темрюке отряда кораблей Береговой охраны РФ (двух ПСКР проекта 14230, судна обеспечения «Ханты-Мансийск» проекта 16900А, четырех пограничных патрульных судов и пяти пограничных сторожевых катеров), а также схожего морского пограничного отряда в Таганроге (еще двенадцать погранкатеров, два патрульных катера на воздушной подушке, девять малых катеров и трех десятков пограничных моторных лодок типа «Master-651» и «Master-540») против Украины все это выглядит просто непобедимой армадой. Однако если и при этих обстоятельствах командование все же стягивает в Азовское море силы и с других участков границы, выходит — генералы ожидают там все более грозных событий.

Если четыре предыдущих года там вели патрулирование вспомогательные суда ЧФ РФ, разведывательные корабли, буксиры, то с 1 июня нынешнего года районы охраняются в круглосуточном режиме 41-й бригадой малых ракетных кораблей. Нельзя исключать того, что завтра начнут задерживать и досматривать украинские суда под предлогом того, что на борту могут находиться террористы, которые хотят взорвать буровые.

Как ни странно, но начинать здесь нужно не с моря, а с суши. Декабрь наиболее удачный период для начала военного наступления. Ударяют первые морозы. Осенняя грязь замерзает, что позволяет военной технике вести активные наступательные действия. Есть месяц времени, чтобы прорвать оборону противника, занять новые рубежи и закрепиться на них до начала снегопадов и морозов, которые снова переведут войну в фазу позиционной. Это известно всем военным.

На кадрах видео Минобороны показаны в действии модернизированные плавающие бронетранспортеры БТР-82А. Этот БТР отличается от предыдущей машины повышенной живучестью и оснащен новой радиостанцией, системой топографического ориентирования «ТРОНА-1» и комбинированным прибором наблюдения командира. Огневая мощь БТР-82А повышена за счет установки унифицированного боевого модуля с электроприводами и двухплоскостным стабилизатором вооружения.

Где может проводиться такая операция? И что может стать ее целью? П.Порошенко, П.Фельгенгауэр, некоторые украинские эксперты называют прежде всего Мариуполь, Бердянск, а также прибрежный сухопутный коридор до Крыма – от Мариуполя до Чонгара:
В Москве всерьез опасаются, что в Бердянск, если базу удастся обустроить, с дружеским визитом могут прийти корабли НАТО, способные действовать на мелководной азовской литорали, вооруженные мощным ракетным оружием большой дальности, защищенные современными комплексами ПРО и ПВО.
…президент Петр Порошенко ссылался не только на керченский инцидент, а прежде всего на разведданные о вероятности наступления российских (пророссийских) сил на южном фланге донецкого фронта с целью занять Мариуполь и Бердянск.

С лета 2015-го в штабах НАТО и в Пентагоне было немало дискуссий о возможности такого похода с целью пробить так называемый «сухопутный коридор в Крым». 
Вроде бы с запуском Крымского моста этот «коридор» стал неактуальным, но теперь стало непонятно, то ли морская база в Бердянске так сильно напугала Москву, то ли с Крымским мостом возникли серьезные проблемы, которые пока держат в тайне, то ли и то и другое сразу. Нельзя исключить, что в ближайшее время может начаться зимняя кампания по окончательному вытеснению Украины с Азовского побережья.
Цель операции может быть ограничена побережьем до Бердянска. Или до Мелитополя, Геническа и Чонгара, если сухопутный «коридор в Крым» и вправду нужен…
Кстати, прифронтовой Мариуполь можно сравнительно легко обойти и отрезать, но город потом, возможно, придется штурмовать, как Алеппо, с большими разрушениями. Впрочем, в войсках есть командиры с сирийским опытом, и бойцов-специалистов по штурму городов с применением тяжелого вооружения можно выписать.

Представляется однако, что недостроенная Бердянская база ВМС Украины с парой античных плавсредств вряд ли представляет какую-либо опасность для Путина, а якобы «угроза ее посещения натовскими амфибиями» является совершенно выдуманной – такой же, как и другие подобные пугалки «угрозой НАТО» (в Чехословакии в 1968 г., в Афганистане в 1979 г., в украинском Крыму в 2014 г.). К тому же согласно российско-украинскому договору 2003 г. военные корабли третьих стран могут появляться в Азовском море только с согласия обоих государств; в отличие от нынешнего кремлевского режима ни одна страна НАТО нарушать этот договор не будет.

Осаждать и штурмовать Мариуполь, неплохо укрепленный полумиллионный город в Европе, – это все же не брать сирийский Алеппо, такое «удовольствие» Путину вряд ли нужно. Да и вообще – зачем ему теперь Мариуполь и Бердянск в Азовском мешке, плотно задраенном, как мы теперь уже убедились, Керченским мостом-плотиной?
Незачем. А что ему может быть в этом районе нужно? И зачем он все же действительно концентрирует в Азовском море огромную десантную флотилию, а в Приазовье и Крыму – отборные войска? Для какой операции?

Ему нужен не Бердянск (сам по себе). И не Мариуполь. Которые, похоже, служат сейчас неплохой маскировкой для отвлечения от настоящей цели.

Ему нужен Таврийск. Новая Каховка. Плотина Каховской ГЭС. Исток Северо-Крымского канала. И, естественно, все его русло – вплоть до Перекопа.Без мощного потока днепровской воды оккупированный Крым – любимая путинская игрушка – экономически обречен.

Если в Приазовье начнется военная операция, то она вряд ли будет вестись за Бердянскую базу ВМС Украины. Или за мариупольский Азовсталь. Скорее, она пойдет за днепровскую воду. За ее беспрепятственное поступление в оккупированный Крым.
Андрей Илларионов.