Политика

МВД Беларуси охотно вербует бывших боевиков ЛДНР

04 января 2019

Бывший боевик ДНР заявил, что его завербовал беларуский ГУБОПиК. А завербовав, хотел отправить в Украину и Польшу в качестве своего агента. Беларуские спецслужбы интересовала информация о белорусах, воюющих на стороне Украины.

Денис Глазкин из Логойского района поехал воевать за ДНР в сентябре 2014 года. На Донбассе он успел послужить в четырех подразделениях — последним был батальон «Спарта». 36-летний боевик рассказал корреспонденту belsat.eu Екатерине Андреевой, что по возвращении в Беларусь его вызвали в ГУБОПиК, предложили агентурную работу, и он согласился.

По образованию Глазкин — художник, оформитель интерьеров, но говорит, что темой войны интересовался с детства, ведь вырос в семье военнослужащего. Однако от срочной службы он «откосил» — симулировал проблемы со здоровьем. В 2005 году Глазкин был осужден на 3 года «химии» за хулиганство. На воле зарабатывал на жизнь оформлением квартир, жил в деревне Плещеницы под Логойском, семье не заводил. Его биография была довольно ординарной, пока весной 2014 года Глазкин не познакомился в соцсетях с девушкой из Донбасса.

Денис Глазкин, фото из соцсетей

«Тогда как раз начались эти события, много информации ко мне прилетало и из интернета, и с телевидения. Изначально я не собирался воевать, а мечтал вывезти оттуда свою девушку », — говорит Денис.

Пара назначила встречу в Ростовской области. По словам Глазкина, он специально ни с кем не связывался перед выездом, ехал «увидеть любимую». Но отношения после встречи не сложились. Денис, пожив некоторое время недалеко от границы с Украиной, наслушался прифронтовых слухов и решил присоединиться к так называемому «ополчению». Он двинулся в сторону Донецка в надежде присоединиться к одному из их формирований.

Штампы в паспорте боевика свидетельствуют о неоднократном пересечении им российско-украинской границы

Галопом по подразделениям

«В сентябре 2014-го перешел границу через КПП« Матвеев Курган »в Донецкой области и поехал в Донецк. Первое подразделение, куда я попал — это «Беркут», который входит в структуру МВД ДНР, там еще были казаки. В мои задачи входила охрана блокпоста у шахты Скачинская в Кировском районе, а также патрулирование улиц », — говорит боевик.

Через несколько недель Глазкин перешел в 4-й батальон «Сварожичи» — подразделение внутри бывшего батальона «Оплот», который до конца 2014 г. по количеству личного состава достиг размеров бригады. Именно бойцы «Оплота» считались «личной гвардией» лидера боевиков Александра Захарченко. Благодаря контактам в «Оплоте», в октябре белорус официально вступил в ряды «внутренних войск ДНР», где после непродолжительного обучения ему присвоили специальность пулеметчика.

«Я очень хорошо разбирался в оружии, поэтому довольно быстро научился обращаться с пулеметом. Надо сказать, иногда попадались абсолютно новые, даже не пристреляны пулеметы российского производства. Мы держали Петровский направление, вблизи Донецкого аэропорта», — рассказал он.

Глазкин на Донбассе

Глазкин рассказал, что во «внутренних войсках» он не сдал экзамены по физподготовке, и его разжаловали из группы быстрого реагирования в хозяйственный взвод. В декабре он подал рапорт на увольнение и перешел в артиллерию «Сомали» под командованием «Гиви» (Михаила Толстых, убитого в феврале 2017).

«В «Сомали» меня назначили старшим наводчиком пушки, у нас была батарея Д-30 (гаубица 122-мм). Хотя я раньше никогда из пушек не стрелял. Стояли в Авдеевцах, работали по аэропорту», рассказал Глазкин.

Глазкин утверждает, что денежного вознаграждения за службу он не получал. Но средства были нужны — иногда их присылала мать из семейных сбережений. В январе 2015 года Глазкин стремился поучаствовать в боях под Дебальцаво, но мать категорически потребовала, чтобы он вернулся домой и отказалась выслать деньги. Боевик в очередной раз написал рапорт и поехал в Беларусь.

«Чекисты даже обыск не проводили»

По словам боевика, пока он отсутствовал, к его родным правоохранительные органы не приходили, и его судьбой у родителей никто не интересовался. Возможно, на тот момент силовики не имели сведений об участии Глазкина в войне.

«Вернулся я в Плещеницы в январе, а где-то в марте ко мне впервые приехали чекисты из Минска. Спрашивают «Был?» Я говорю: «Нет, в гости ездил». Ну они и свалили, даже обыск не проводили. А примерно через полмесяца в дом ворвался «Алмаз» в масках, меня сразу положили на пол. Подняли мать, она была дома тогда. Странно, что не лазили особенно нигде, сверху в ящиках посмотрели. Но меня избивали сильно, по ребрам, спрашивали, кого из белорусов я знаю. Ну, я назвал некоторых — «Макара», «Белого», но о них и так в интернете писали».

Вероятно, этой силовой акцией оперативники припугнули Глазкина, прежде чем предложить сотрудничество. По его словам, через несколько дней его вызвали в Минск, на беседу в ГУБОПиК (Главное управление по борьбе с организованной преступностью и коррупцией). При этом ему не сообщали, является ли он фигурантом какого-либо уголовного дела. В кабинете силовики уже вели себя абсолютно по-другому: «реагировали положительно», когда он признался, что воевал на Донбассе.

Боевик утверждает, что не хотел соглашаться на сотрудничество с силовиками, поэтому искал способа уехать из Беларуси. В мае 2015 г. он написал своему знакомому из батальона «Спарта» — белорусу Сергею Савичу (известному под позывным «Белый») и отправился на Донбасс.

Глазкин (справа) со своим сослуживцем по «Спарте»

Задание куратора — поехать в Украину

«Белый» встретил Глазкина на вокзале в Донецке и отвез в расположение «Спарты». Белорус взял себе позывной «Малевич» и приобрел специальность сапера. Но в какой-то момент у него случился конфликт с командованием. Глазкин не стал раскрывать детали конфликта, сказав, что в нем «много нюансов» и что он сам «мало понял причину».

В результате Глазкин провел 30 дней «на подвале». Когда арест закончился, оставаться в «Спарте» у него уже не было возможности, и боевик решил снова вернуться в Беларусь. Таким образом, Глазкин провел на Донбассе, в составе различных формирований, в общей сложности около 8 месяцев — с перерывами.
То, что «Малевич» на самом деле был в «Спарте», подтвердил боевик этого подразделения Станислав Канюшевский из России.

Боевик говорит, что ему приходилось убивать украинцев, но «их было не много, меньше десяти». В больших операциях он участия не принимал, кроме аэропорта, но и там непосредственно при штурме не присутствовал. В августе 2015 он окончательно вернулся на родину.

Через некоторое время его вызвали в ГУБОПиК и начали настаивать на подписке о сотрудничестве.
«И у них получилось, я подписал. Я до сих пор не знаю ни одной фамилии тех, кто со мной работал. Мой куратор представился именем Андрей. Сначала тема, которой мне сказали заниматься — черные копатели, которые находят различные боеприпасы и хранят их дома. Мне нужно было выявлять таких и сообщать оперативникам. Также меня внедряли к минским казаков, так как была информация, что они какое-то оружие имеют. И я что-то там действительно нашел … Мне это немножко даже нравилось».

Были в работе агента и свои привилегии. Когда Глазкина с друзьями задержали пьяными в центре Минска и доставили в РОВД, милиционер очень быстро отдал ему паспорт и извинился за неудобства.

Глазкин отказался называть свой агентурный псевдоним, но рассказал о подписанном им документе под названием «внештатный сотрудник с привлечением к внедрению». Косвенное подтверждение рассказу Глазкина находитcя в группе копателей «ВКонтакте»: в начале 2016 г. он действительно искал там знакомства.

Скриншот из объединения «ВКонтакте»

«Однажды я сказал куратору: или вы даете мне что-то серьезное, или я не буду продолжать сотрудничество. Тогда он предложил поехать в Польшу, войти в круг лиц, приближенных к «Погони», «Правому сектору» и собирать информацию о белорусах, которые воюют на стороне Украины.

Их тогда интересовали именно те ребята, кто по Донецком направлении работает. Потом мне нужно было поехать в Украину самому. Фактически, быть на стороне моего противника».

Хотя Глазкин ранее нигде не «светился» и его данных не было в базе «Миротворца», он счел поездку в Украину слишком рискованной. От задания куратора Глазкин отказался. После этого он уехал в Москву и нашел себе работу по специальности. Сейчас он живет в Москве, занимается оформлением квартир, но на родине бывает регулярно. Во время нашего интервью Глазкин находился в Беларуси, в деревне Плещеницы. Он не исключает, что в будущем еще поучаствует в войне.

«Сейчас Союз добровольцев Донбасса распространяет инфу, что скоро будут собирать людей на южное направление, в район Азовского моря. Сбор будет по-любому, думаю, ближе к весне».

***

Денис Глазкин — не единственный боевик, который заявлял, что его завербовали белорусские силовики. В январе 2017 года экс-боец «ЛНР» Сергей Трофимов , рассказал о своем сотрудничестве с КГБ в качестве «интернет-тролля». После публикации прокуратура Луганской области объявила: по поводу информации, которая появилась в СМИ, начато следствие по ч. 5 ст. 260 Уголовного кодекса Украины (участие в незаконных вооруженных формированиях, что повлекло за собой гибель людей). Пока продолжается расследование, сам боевик находится в Беларуси на свободе.

Учитывая закрытость белорусских силовых структур от прессы и чрезвычайную деликатность вопроса, редакция belsat.eu на сегодняшний день не считает целесообразным обращаться за комментарием к КГБ и ГУБОПиК в связи с этой историей.

Екатерина Андреева, belsat.eu